Форум » Советский флот 1918-45. (Soviet Navy 1918-45) » Вопросы к А.Гайдук по флоту Прибалтийских государств » Ответить

Вопросы к А.Гайдук по флоту Прибалтийских государств

Djankoy: Начал изучать труд ув. Гайдук по флоту Прибалтийских государств Честно, впечатлений море, но как часто бывает, сразу же в ходе изучения возникают вопросы. Мне известно,что некоторые участники форума, так же приобрели данную книгу, по этому обсуждение ее может быть интересно и другим участникам форума.

Ответов - 17

Djankoy: Сразу хочу сказать, что по качеству издания книга производит самые благоприячтные впечатления. Материал изложен легко и удобно (чуствуется влияние Бережного ) Маленькое уточнение по "Новикам", в частности по "Вамбола" В книге из ГЭУ указаны только 4 котла Норманн, согласно книге Степанов Ю.Г. Цветков И.Ф. "Эскадренный миноносец "Новик" изд. Судостроение 1981 г. ЭМ "Капитан 2-го ранга Кингсберген" оснащался 4 котлами "Вулкан" и 2 турбинами "Кертис-АЕГ-Вулкан"

Djankoy: Теперь вопрос по артиллерии- на какой период приведено вооружение "Новиков"? Опять же по тому же источнику изначально "Капитан 2-го ранга Кингсберген" в качестве ЗА нес 1-37 мм пушку (скорее всего Гочкисс), а "Автроил" 1-40-мм Виккерс, в книге же указаны 76 и 63 мм соответственно. Прибалты проводили перевооружение?

Гайдукъ: Djankoy Чтоб понимать о чем идет речь вот справки вошедшие в книгу: Эскадренные миноносцы (Miiniristlejad) Эскадренный миноносец «Вамбола» – 1 единица «ВАМБОЛА» (Vambola) 02.01.1919–30.06.1933 23.10.1914 / 14.08.1915 / 12.12.1917 А/О «Общество Путиловских заводов», Петроград, Россия 1260 / 1620 т.; 96,08 / 98,06 . 9,34 . 3 / 3,9м. 2 ПТУ = 31500 л. с.; 4 котла Норманн, 3 трубы, 2 винта. Скорость хода 30 уз. Запас нефти до 150 т. Дальность плавания экономическим 16 узловым ходом 1253 мили. Вооружение: 3х3 ТА 456 мм. 80 мин заграждения. 4 . 1-102 / 60 мм. 1-76 мм зенитная пушка. 2 пулемета. Экипаж 15 / 156 чел. ПЛ Калев Бывший российский эсминец. 29.12.1912 подписан контракт на постройку в составе серии из 8-ми эсминцев как «КАПИТАН 2 Ранга КИНГСБЕРГЕН», а 09.06.1914, еще будучи на бумаге, переименован в «КАПИТАН 1 РАНГА МИКЛУХО-МАКЛАЙ» и 23.10.1914 г. заложен на стапеле – 27.10.1917 г. предъявлен к испытаниям и в боях ПМВ участия не принимал, 21.11.1917 г. на переходе из Кронштадта в Гельсингфорс из-за аварии турбины ходовых испытаний не прошел и 12.12.1917 г. условно включен в состав БФ, с решение отложить испытания до весны 1918 г., что осуществить не удалось. Участвовал в гражд. в. (Лед. пох. 10–17.4.1918, постановка мз 10.8.1918 г. и 8.10.1918 г.; входил в сост. ДОТ). С 18.12.1918 г. стал «СПАРТАК». 26.12.1918 г. сел на мель банки Девельсей, в районе Ревеля уходя от погони, и захвачен англичанами. В плен попало 7 офицеров и 95 матросов. 02.01.1919 г. передан англичанами Эстонии во временное пользование и включен в состав флота как «VAMBOLА» (с 03.01.1919 г), экипаж из бывших русских офицеров и эстонских матросов. 01.01–16.02.1919 г. ремонт поврежденных валов на верфи Ноблеснера в Ревеле и затем введен в строй. Весной 1919 г. участвовал в боях против РККФ, поддерживал огнем высадки десанта в бухте Кунда и на побережье Нарвского залива, а также обстреливал берег – 29.06–03.07.1919 с отрядом Эстонских ВМС операции в районе Риги против Балтийского ландесвера, затем до начала 11.1919 вновь в боях против большевиков в районе Нарвского, Капорского и Лужского заливов, после окончания войны и заключения мира в Тарту в 02.1920 г. неоднократно в 20 – нач. 30-х гг. ходил с учебными визитами в Финляндию, Латвию, Швецию. 30.06.1933 г. продан Перу, в тот же день как «АLMIRANTE VILLAR» включен в состав ее флота и 23.08.1933 г. после мелкого ремонта передан в Таллине перуанскому экипажу. 02–06.09.1933 г. на переходе в Англию инструкторами были группа эстонских офицеров и сверхсрочников. 09.1933–05.01.1934 г. через Кильский канал, Гравесенд (англ.), Эль Ферроль (исп.), Канарские острова, Атлантику и Белем де Пара (бразил.) перешел в новую базу Икитос. К 05.07.1934 г. через Панамский канал перешел на Тихий океан в Кальяо и позднее в учебных плаваниях в этом регионе. Участвовал в перуанско-эквадорской войне 7–10.1941 г., после чего в 1942–45 гг. патрулировал прибрежные воды. С 28.10.1948 г. ремонт. В 1949 г. последнее учебное плавание и в отстое, 07.1952 г. как учебный передан школе ВМС, 15.09.1954 г. исключен и сдан на слом. Эскадренный миноносец «Леннук» – 1 единица «ЛЕННУК» (Lenuk) 02.01.1919–30.06.1933 06.09.1913 / 31.12.1914 / 30.07.1917 А/О Русско-Балтийского Судостр. и Механич. завода, Ревель 1354 / 1757 / 2200 т.; 107,5 . 9,5 . 3 / 3,9 м. 2 ПТУ Браун-Бевери-Парсонс по 16350 л. с. = 32700 л. с.; 5 котлов Норманн. Скорость хода 31.728 уз. Запас нефти до 170 т. Дальность плавания экономическим 16 уз. ходом 2400 миль. Вооружение: 3х3 ТА 456 мм. 80 мин заграждения. 5 . 1-102 / 60 мм. 1-63 мм зенитная пушка. 2 пул. Экипаж 20 / 160 чел. Бывший российский эсминец. 28.12.1912 подписан контракт на постройку в составе серии из 5-ти эсминцев и 06.09.1913 г. заложен как «АВТРОИЛ», официальная церемония 27.10.1913–27.10.1917 г. предъявлен к испытаниям и 29.07.1917 г. подписан акт о приемке, вошел в 13 дивизион Минной дивизии и участвовал в Моонзундских боях. 27.12.1918 г. после короткого боя захвачен англичанами на траверзе о-ва Мохни отрезанный от путей отхода английской эскадрой. В плен попало 7 офицеров и 138 матросов. 02.01.1919 г. передан англичанами Эстонии и включен в состав флота как «LENNUK» – экипаж из бывших русских офицеров и эстонских матросов. С 06.01.1919 г. совместно с КЛ «LEMBIT» в боях против РККФ, поддерживал огнем высадки десанта в бухте Кунда и на побережье Нарвского залива, а также обстреливал берег. 29.06–03.07.1919 г. с отрядом Эстонских ВМС операции в районе Риги против Балтийского ландесвера, затем до начала 11.1919 г. вновь в боях против большевиков в районе Нарвского и Лужского заливов, после окончания войны и заключения мира в Тарту в 02.1920 г. Неоднократно в 20 – нач 30-х гг. ходил с учебными визитами в Финляндию, Латвию, Швецию. 30.06.1933 г. продан Перу, в тот же день как «АLMIRANTE GUISSE» включен в состав ее флота и 23.08.1933 г. после мелкого ремонта передан в Таллине перуанскому экипажу. 02–06.09.1933 г. на переходе в Англию инструкторами были группа эстонских офицеров и сверхсрочников. 02.09.1933–05.01.1934 через Кильский канал, Гравесенд (англ.), Эль Ферроль (исп.), Канарские острова, Атлантику и Белем де Пара (бразил.) перешел в новую базу Икитос. К 05.07.1934 через Панамский канал перешел на Тихий океан в Кальяо и позднее в учебных плаваниях в этом регионе. Участвовал в перуанско-эквадорской войне 7–10.1941 г., после чего в 1942–45 гг. патрулировал прибрежные воды. В 11.1947 г. разукомплектован и 5.1949 г. продан на слом. Корпус отбуксирован на остров Сан Лоренцо (близ Кальяо) и начата разборка остатки затонули к середине 50-х гг., в 1959 г. подняты и окончательно разобраны. Djankoy пишет: изначально "Капитан 2-го ранга Кингсберген" в качестве ЗА нес 1-37 мм пушку (скорее всего Гочкисс), а "Автроил" 1-40-мм Виккерс, в книге же указаны 76 и 63 мм соответственно. Здесь Вы совершенно правы имеется небольшое сглаживание потянувшее за собой неточности. После прочтения приложенного я надеюсь все станет на свои места. С Артилерией немного просмотрел и не дали всех перевооружений по годам. А Эсты действительно не раз перевооружали и были годы когда оба судна бегали с 40 мм а то и вовсе без ЗА. Прошу прощения за допущенную ошибку в написании конечно же правильно ВАМБОЛА 1- 76мм/30 , ЛЕННУК 1 -40мм/39. Сам удивляюсь откуда всплыли цифры 63 мм. Вот что пишутет уважаемые Л.Г. Башкиров, А. Валдре, Н.В. Митюков, Х.А. Родригес ЭСМИНЦЫ "СПАРТАК" И "АВТРОИЛ" Тактико-технические элементы Водоизмещение "Миклухо-Маклая" - 1260 т. стандартное, 1620 - полное; "Автроила": стандартное 1354 т, нормальное - 1757 т, полное - 2200 т. Согласно окончательно утвержденной спецификации (1913 г.) главные элементы эсминцев типа "Изяслав" были следующими: длина наибольшая 107,5 м, по грузовой ватерлинии - 105 м, ширина наибольшая - 9,5 м, средняя осадка при нормальном водоизмещении 1350 т не более 3 м; высота борта в носу - 5,55 м, у миделя - 3,04 м, в корме 3,34 м. Шпация - 550 мм. Из 14 главных водонепроницаемых переборок три (на 7, 12 и 47 шпангоутах) доведены до полубака; двойное дно располагалось на протяжении машинно-котельного отделения - от 47 до 152 шпангоута. Для эсминцев типа "Лейтенант Ильин": длина наибольшая 98,06 м, длина между перпендикулярами - 96,08 м, ширина наибольшая - 9,33 м; осадка при нормальном водоизмещении 1260 т. не более 3 м. Количество главных поперечных переборок - 12. Двойное дно - на протяжении машинно-котельного отделения - от 41 до 139 шпангоутов. Для уменьшения бортовой качки были установлены "противокреновые цистерны Фрама". Площадь пера руля у эсминцев типа "Изяслав" - 7,2 м2, у типа "Лейтенант Ильин" - 6,7 м2. Управление рулем могло осуществляться из боевой рубки, носового и кормового мостиков и из румпельного отделения. Главная энергетическая установка двухвальная. Каждая турбина стояла в своем отделении. На типе "Изяслав" стояло две турбины системы "Браун-Бовери-Парсонс" проектной мощностью 16350 л.с. на переднем и 11500 л.с. на заднем ходу при вращении трехлопастного гребного винта (диаметр 2,54, шаг 2,45 м) соответственно 565 и 400 об/мин. "Автроил" мог развить мощность 32700 л.с. и максимальную скорость 32 уз. На "Ильиных" подобным образом стояли две турбины Curtiss AEG (или "Браун-Бовери-Парсонс"?) со спецификационной валовой мощностью по 15000 л.с. Фактически "Миклухо-Маклай" развивал 31500 л.с. и имел максимальную скорость 30 уз. Котлы эсминцев также как и турбины находились каждый в своем отдельном водонепроницаемом отсеке. На "Изяславах" стояло по 5 котлов системы "Норман" (поверхность нагрева каждого 810 м2, рабочее давление 17 атм., 14 форсунок). Дымоходы из котлов № 1 и 2 выводились в первую дымовую трубу, № 3 и 4 - во вторую, № 5 - в третью (все трубы одинакового диаметра). Запасы котельной воды - две цистерны по 13 т, питьевой - 10 т. На "Ильиных" было по четыре котла системы "Норман-Вулкан" (поверхность нагрева по 1000 м2, рабочее давление 17 атм., 14 форсунок). Дымоходы из котлов № 1 выводились в первую дымовую трубу, № 2 и 3 - во вторую (из-за этого она была в два раза шире), № 4 - в третью. Запасы котельной воды 10 и 13 т, питьевой - 11,8 т. Источниками напряжения на "Ильиных" служили два турбогенератора мощностью по 20 кВт, вырабатывавшие ток 105 В, а также резервная керосиновая динамо-машина мощностью 10 кВт, располагавшаяся между 2 и 3 дымовыми трубами на верхней палубе. На "Изяславах" с той же целью применялись два генератора по 50 кВт, а для аварийных целей "керосино-динамо", размещавшаяся в средней надстройке, имела мощность 15 кВт. Для хранения топлива предназначалось междудонное пространство, бортовые отсеки (в районе машинного отделения) и цистерны Фрама. Запас нефти "Миклухо-Маклая" - 500 тонн, дальность 24-узловым ходом 634 мили, 16-узловым ходом - 1253 мили; "Автроила" - 570 т, дальность 15-узловым ходом - 2400 миль. Согласно господствовавшим в то время взглядам на боевое применение эскадренных миноносцев, главным сценарием для этих кораблей должны были стать групповые торпедные атаки, что определяло приоритет торпедного вооружения. В соответствие с этим на балтийские эсминцы ставилась задача по воспрепятствованию прорыва в Финский залив превосходящих германских сил, из-за чего "Новики" вооружались двенадцатью 450-мм торпедными трубами (4 трехтрубных аппарата). Боезапас - 15 торпед: 12 непосредственно в аппаратах и еще 3 запасных на верхней палубе в специальных ящиках в районе второй дымовой трубы. Аппараты снабжались электроприводом и были способны с помощью универсальных регуляторов скорости (муфт Дженни) следить за целью. Также имелся механизм растворения (до 7), что позволяло осуществить залповую стрельбу веером. В качестве торпед использовались несколько усовершенствованный тип 450-мм "Whitehead". Масса - 810 кг, длина 5550 мм. Торпеда приводилась в движение поршневой машиной способной развить скорость 43 уз на дистанции до 2 км, 30 уз на 5 км и 28 уз. на 6 км. Вес ВВ - 100 кг. Артиллерийское вооружение состояло из 102-мм орудий с длиной ствола 60 калибров с проектным боезапасом по 150 выстрелов на ствол (позднее в связи с увеличением числа орудий количество выстрелов на ствол снизилось до 100120, в зависимости от типа эсминца). 120/60-мм орудие было создано Обуховским заводом при технической поддержке английской фирмы Vickers. Углы возвышения: -6+20. Для увеличения угла возвышения под станок устанавливалась тумба. С тумбой высотой 200 мм угол возвышения увеличивался до 20, при 320 мм - 25, 500 мм - 30. Масса орудия со станком составляла 6,2 т, но для вооружения эсминцев использовался облегченный вариант - 5,7 т. Орудия эсминцев снабжались щитами толщиной 38 мм и весом 290 кг. В боекомплект орудия входили следующие снаряды: фугасный обр. 1911 г. (вес 17,5 кг, длина 5 калибров, вес ВВ 2,4 кг); фугасный обр. 1915 г. (вес 17,5 кг, длина 5 калибров, вес ВВ 2,1 кг); шрапнельный (вес 17,5 кг, длина 4,38 калибра, трубка с 22-секундной задержкой); зажигательный (вес 17,6 кг, длина 4 калибра); ныряющий (вес 15,8 кг, длина 5,05 калибра, вес ВВ 3,13 кг); осветительный беспарашютный (вес 15,08 кг, длина 4,7 калибра); химический (в основном отравляющего вещества удушающего типа). Снаряд образца 1915 г имел дульную скорость 823 м/с и дальность 16095 м при угле возвышения 30; шрапнельный - 768 м/с и 10974 м (по трубке); ныряющий - 208,8 м/с и 2195 м. Скорострельность: при натренированном расчете 7 человек - 12 выстр./мин., максимальная - 15 выстр./мин. (подробнее см. работу А.Б. Широкорада) Артиллерийская установка комплектовалась двумя оптическими прицельными устройствами производства Обуховского завода обр. 1913 г. с 5-кратным увеличением и полем зрения 8. Масса - 62 кг. Из-за затянувшегося строительства, артиллерийское вооружение кораблей несколько раз пересматривалось. По первоначальному варианту на всех "новиках" должно было стоять две "сотки" и четыре трехтрубных торпедных аппарата. Но уже 25 сентября 1914 году МГШ, принимая во внимание увеличенные размеры "Автроила" и тот факт, что он задумывался как корабль-лидер, настоял на установке пятого торпедного аппарата на кораблях этой серии.8 августа 1915 года состоялся известный бой "Новика" с двумя германскими эсминцами, продемонстрировавший возросшее значение артиллерийского вооружения для эсминцев. По горячим следам этого события практически все эсминцы Российского Императорского флота начинают проходить довооружение. Не стали исключением и "ревельцы" с "путиловцами" - 26 августа было принято решение за счет сокращения числа торпедных аппаратов установить третье орудие. Боевой опыт подтвердил правильность решения, и в дальнейшем число орудий продолжало увеличиваться: в апреле 1917 года их стало на "Автроиле" уже пять, а на "Миклухо-Маклае" - четыре. Количество торпедных аппаратов осталось три.С началом войны для борьбы с неприятельскими аэропланами на эсминцах стали устанавливать 40-мм зенитные автоматы Vickers, которыми оснастились все "новики". Вес системы составлял 640 кг., из которых тумба весила 409 кг. В боекомплект входили стальные гранаты весом 0,9 кг с весом ВВ 150 г, взрыватель имел 8 или 10-секундную дистанционную трубку. В канале ствола, длина которого была 39,25 кал., снаряд разгонялся до 610 м/с. Угол вертикального наведения -5…+80°, максимальная дальность 5300 м. Питание ленточное с максимальной скорострельностью до 300 выстр./мин. К 1917 году стала очевидной неэффективность автоматов Vickers для борьбы с воздушными целями, и на "Миклухо-Маклае" он был заменен на отечественную 76-мм зенитку системы Лендера. Для этого пришлось подкрепить переборку 177 шпангоута, а погреб на 300 патронов был оборудован в минной кладовой. Выстрел 76-мм отечественной "аэропушки" был унифицирован с выстрелом трехдюймовой полевой пушки. Снаряд массой 6,45 кг и начальной скоростью 588 м/с достигал высоты 6000 м. Длина ствола 30,5 кал. Угол вертикального наведения -5…+65°. Масса установки 1,3 т. Справочная скорострельность составляла 30 выстр./мин, но фактически не более 10…12 выстр./мин.Кроме того, на кораблях имелось по два переносных 7,62-мм пулемета Максима с шестью тумбами. Штатное место - под крыльями носового мостика.Для обнаружения целей и определения дальности использовался дальномер английской фирмы "Barr & Stroud" с базой 9 футов, установленный на носовом мостике. Для ночного обнаружения целей использовались два 60-см прожектора.В перегруз корабли могли принять на минные рельсы по 80 больших корабельных мин заграждения обр. 1912 г. Она содержала 100 кг тротила и могла быть установлена на глубинах до 130 м. Шлюпочное устройство состояло из хранившихся на рострах моторного катера, моторной рабочей шлюпки, вельбота и шестивесельного яла. По штатному расписанию "Спартак" имел 171 чел. экипажа, "Автроил" - 180.

Гайдукъ: Djankoy пишет: Материал изложен легко и удобно (чуствуется влияние Бережного) К сожалению только влияние ибо некоторые судьбы кораблей и судов Сергей Бережной напутал исправление коих стоило большей крови в спорами с метрами старой формации.

Djankoy: Гайдукъ пишет: К сожалению только влияние Ну я это и имел в виду.

Гайдукъ: Гайдукъ пишет: Сам удивляюсь откуда всплыли цифры 63 мм. Нашел где конспелировал. У Гордеева "Корабли Минных дивизий" стр 73

Djankoy: Теперь по турбинам, в той же книге (почему ссылаюсь на нее, просто это первое, что подвернулось под руку, тем более серию эту я очень люблю и собрал ее практически всю еще во времена СССР, когда эти книги были большой редкостью) указывалось, что А/О «Общество Путиловских заводов» имело тесные контакты с фирмой "Вулкан", и предприятие выпускало турбины данной фирмы и первоначально планировало оснастить первые 3 ЭМ серии закупленными котлами и турбинами, остальные - собственного производства. Однако ввиду начала ПМВ, поставки осуществлены не были и срок здачи ЭМ задержался, ввиду отсутствия ГЭУ. Я уточнил это потому, что в книге не приведена марка турбин

Djankoy: Гайдукъ пишет: После прочтения приложенного я надеюсь все станет на свои места. С Артилерией немного просмотрел и не дали всех перевооружений по годам. А Эсты действительно не раз перевооружали и были годы когда оба судна бегали с 40 мм а то и вовсе без ЗА. Да, действительно, инфы по захваченным Новикам в советской литературе крайне мало ( часто упоменается вскользь), по Новикам, оставшимся в составе РККФ можно проследить процесс перевооружения, а вот по захваченным нет, по-этому и спросил о периоде, на который приведено вооружение.

Гайдукъ: Djankoy пишет: Я уточнил это потому, что в книге не приведена марка турбин Ответ выше (См Митюкова). Марку не указывал ибо в ней были сомнения у многих иследователей.

Djankoy: Понятно....

Гайдукъ: После выхода книги всплыло много дополнений . Так например появились доп странички жизни латвийского пограничника-«САМС» Теперь так. «САМС» (Sams) 1933–1940 Моторный катер. Экипаж 8 чел (эст). Бывший эстонский моторный катер «AGU». Предыдущее имя ,дата и место постройки неизвестно. Принадлежал частному лицу из Эстониии работал у контрабандистов спирта. Капитан судна Линквист. 09.05.1932 г. взят с 2860 литрами спирта латвийскими пограничниками в порту Лиепая и конфискован в пользу Латвии. 15.10.1932 г. Либавский окружной суд присудил экипаж к 3 месяцам и штрафу 229 000 латтов. Груз и судно конфискованы. 15.10.1932г в суде моряков осудили. 10.08.1933г судно передано для нужд пограничников. Включен в состав морской пограничной охраны с припиской к порту Лиепая как «моторный крейсер». Планировалась установка 2х млк пушек и 2 пул. (данных о установке нет). По некоторым данным 19.08.1940 г. передан советским пограничникам как ПСКА. Судьба после 1940 г. не установлена. Sоms – сом. Жду вопросов на которые с удовольствием отвечу.

Djankoy: Обязательно....как закончу читать.....

Djankoy: Да....задавать вопросы по этой книге проблематично, так как просто не с чем сравнить.... Пояаилась необходимость: не могли бы Вы более подробно осветить захват англичанами Автроила и Спартака, а так же немцами Бобра?

Гайдукъ: Djankoy Мы могем Л.Г. Башкиров, А. Валдре, Н.В. Митюков, Х.А. Родригес ЭСМИНЦЫ "СПАРТАК" И "АВТРОИЛ" “В конце декабря 1918 года в районе Таллина белоэстонцами и английскими интервентами были захвачены в плен команды советских эсминцев “Спартак” и “Автроил”, подбитые в неравном бою… Сами эсминцы были отремонтированы и проданы Бразилии.” - двадцать лет назад эти скупые и туманные строки, были, пожалуй, единственным, что проливало хоть какой-то свет на судьбу двух балтийских эсминцев. И больше ничего. Казалось, что для отечественных историков флота ветераны Моонзундского сражения и Ледового похода после 27 декабря 1918 года попросту перестали существовать. В итоге история семейства знаменитых “новиков”, и без того изобилующая многочисленными загадками и неясными эпизодами, пополнилась еще одним белым пятном. А ведь факт остается фактом: оба корабля продолжали исправно служить своим новым владельцам - проплавав без малого полтора десятка лет в составе эстонского флота, они в 1934 году пересекли Атлантику, чтобы продолжить свою службу уже под флагом Перу. И лишь постепенно, год за годом прояснялась загадочная судьба балтийских эсминцев. Как это водится, время многое поставило на свои места - “неравный бой” оказался на деле для “Автроила” банальной сдачей, а для “Спартака” - скалами таллиннской банки Курадимуна, и даже далекая Бразилия обернулась не менее экзотическим Перу. Знаменитая книга Цветкова, которой не суждено было стать исчерпывающей (не та эпоха, не та идеология…), но которая была обречена стать хрестоматийной, внесла лишь минимальные, впрочем, весьма существенные коррективы в вышеприведенное клише. Превосходно изданный и не менее известный справочник Бережного, как и подобает подобного рода изданиям, ограничился короткой справкой и набором основных дат. Можно еще вспомнить и пару строчек из сенсации начала 1990-х годов журнала “Наваль“, анонсировавшего тогда “Одиссею балтийских эсминцев”. Данная статья является по-настоящему интернациональной попыткой четырех авторов обстоятельно и по возможности максимально полно изложить историю двух кораблей, некогда эскадренных миноносцев Российского императорского флота, прослуживших под четырьмя флагами и волею судеб завершивших свой более чем тридцатилетний жизненный путь в чужой стране, другом океане и противоположном полушарии. Авторы выражают глубокое признание Я.Я. Аромяя (г. Хельсинки) и В.В. Яровому (г. Новокузнецк) за предоставленные материалы и помощь, оказанную при подготовке рукописи. Проектирование, закладка и строительство 6 июня 1912 года на заседании Государственной Думы большинством голосов (197 "за", 89 "против") была принята "Программа усиленного судостроения", высочайше утвержденная 23 июня того же года. В окончательной редакции предполагалось строительство 4 линейных крейсеров типа "Измаил", шести крейсеров типа "Светлана" (два для Черного моря), двух крейсеров типа "Муравьев Амурский" для Дальнего Востока, 36 эскадренных миноносцев и 12 подводных лодок типа "Барс". Бюджетный комитет Думы утвердил предложенную Морским министерством стоимость программы в 502.744.507 руб. Все это позволило бы преодолеть последствия Цусимы. Из 36 намеченных постройкой эсминцев планировалось сформировать новый состав минной дивизии Балтфлота из девяти дивизионов, для полной реорганизации российских миноносных сил. Основные требования к новым эсминцам были сформированы МГШ еще в 1907 г. Назначение кораблей определялось как нанесение мощных торпедных ударов по кораблям и судам противника, действуя в составе дивизиона или эскадры, а также постановка активных минных заграждений и одиночные действия в шхерах. В соответствии с этим предполагалось вооружение кораблей двумя двойными торпедными аппаратами для мин Уайтхеда с боезапасом 6 торпед (4 в аппаратах, 2 запасные на верхней палубе) и двумя 120/45 орудиями с боезапасом по 100 выстрелов на ствол. Высокие требования выдвигались к мореходности и скорости хода: корабли должны были плавать при ветре 8-9 баллов и волнении до 6-7 баллов, а на тихой воде развивать скорость 35 узлов. Дальность плавания 21-уз. ходом должна была составлять 86 часов (около 1800 миль). Нормальное водоизмещение ограничивалось величиной 1000 т. По зарубежному опыту, продемонстрировавшему полное преимущество турбинных кораблей, все эсминцы предполагалось выполнить турбинными. Но главная сложность состояла в том, что к этому времени отечественная промышленность не обладала возможностями для их строительства. Поэтому основная ставка была сделана на зарубежных поставщиков, в итоге приведшей к тому, что из уже заложенных эсминцев в строй смогло войти лишь около половины (17 недостроено вообще, еще несколько достроены лишь в 20-е годы). Фактически заказанные эсминцы принадлежали шести разным типам, но по наименованию головного все они получили названия "типа "Новик". В связи с тем, что сначала произошло утверждение Думой постройки 9 эсминцев для Черного моря, за основу проекта для серийного производства были взяты именно черноморские "новики". Из-за специфики черноморского театра, где на эсминцы "по совместительству" должны были ложиться обязанности легких крейсеров, за счет торпедного вооружения было добавлено третье 102-мм орудие. Проект же "Эскадренного миноносца 35-узловой скорости для Балтийского моря" с самого начала скорректировали в пользу минного: два 102-мм орудия вместо трех, шесть двойных ТА вместо пяти и увеличенная на один узел скорость. Интересно отметить, что впервые в отечественной практике в техусловиях содержалось требование на взаимозаменяемость главных механизмов. Утверждение согласованных всеми инстанциями технических условий состоялось 23 сентября 1911 г., после чего их разослали заводам-строителям. Из предоставленных проектов 31 мая 1912 года наиболее удачным был признан проект Путиловского завода. Однако на рассмотрении в ГУКе было высказано пожелание о замене двойных торпедных аппаратов на четыре тройных и увеличить число переборок с целью поместить каждый котел в отдельный отсек. Доработанный проект с полным водоизмещением 1322 т с турбинами типа "Вулкан" Путиловский завод предоставил в Главное управление Кораблестроения 16 июля 1912 г, а уже 3 августа одобренную Морским министерством документацию разослали заводам (22 из 36 эсминцев строились по этому проекту). Заказ на 9 кораблей достался Мюльграбенской верфи, по 8 эсминцев (т.е. по два дивизиона без флагманских кораблей) достались Металлическому и Путиловскому заводу, 6 кораблей должно было построить "Русское общество для изготовления снарядов и военных припасов" (из которого потом выделился Русско-Балтийский завод) и 5 - фирма "Беккер и Ко". 29 декабря 1912 года с Обществом Путиловских заводов был подписан контракт на строительство восьми кораблей (будущих "Капитан Изылметьев", "Лейтенант Ильин", "Капитан Белли", "Лейтенант Дубасов", "Капитан Керн", "Капитан Конон-Зотов", "Капитан Кингсберген" и "Капитан Кроун"), но дело усложнялось тем, что сам Путиловский завод не имел мощностей для строительства. Поэтому первым шагом в претворении в жизнь программы стала закладка в 1912 году на юго-западной окраине Петербурга Путиловской верфи, с лета следующего года ставшей самостоятельным предприятием. Параллельно полным ходом шла разработка технического проекта и выпуск рабочих чертежей. Как только позволила готовность стапелей, 18 июня 1913 года началась стапельная сборка первых двух эскадренных миноносцев. Торжественная церемония открытия Путиловской верфи и официальная церемония закладки этих эсминцев прошла лишь 16 ноября, то есть когда строительство уже шло полным ходом. Еще будучи лишь на бумаге, 9 июня 1914 года седьмой, предпоследний, эсминец серии был переименован. В свете надвигавшейся войны имя "Капитана 2 ранга Кингсбергена" было сочтено непатриотичным, а потому эсминцу присвоили имя героя Цусимы капитана 1 ранга Миклухо-Маклая. Возможно, это переименование сохранило корабль еще от одного. Дело в том, что по предложению Главного морского штаба названия кораблей должны были содержать полные чины офицеров, но по ходатайству завода их сократили, сделав исключение лишь для бывшего "Кингсбергена". Он остался "Капитаном 1 ранга Миклухо-Маклаем", а не "Капитаном Миклухо-Маклаем" как остальные корабли серии. 23 октября 1914 года на освободившемся месте после спуска на воду головного эсминца серии "Капитана Изылметьева" была начата стапельная сборка эскадренного миноносца "Капитан 1 ранга Миклухо-Маклай". От остальных кораблей типа "Лейтенант Ильин" путиловские эсминцы отличались лишь в деталях. Пожалуй, наиболее существенными отличиями стало то, что линия среза дымовых труб шла параллельно палубе, в то время как на остальных она была перпендикулярна оси трубы, да форма раструбов средних котельных вентиляторов имела не круглое, а трапецеидальное входное сечение. Несмотря на то, что Путиловский завод помимо работ по корпусу сам производил котлы, турбины и торпедные аппараты, имея тесные связи в германской фирмой "Блом и Фосс", с началом войны он оказался очень в трудном положении. Зарубежные компании поставки комплектующих прекратили, а с перезаказом также возникли трудности, поскольку отечественные заводы были перегружены своими работами. Например, "Миклухо-Маклай" долгое время стоял без дейдвудных гребных валов, которые вовремя не изготовил Обуховский завод. Все это приве

Гайдукъ: По Брестскому мирному договору с Германией корабли Балтфлота не могли выходить за пределы своих баз, и германцы тщательно за этим следили. Поэтому до осени 1918 года команды кораблей предоставлены сами себе: ни о какой боевой подготовке, равно как и о соблюдении "революционной дисциплины" говорить не приходилось. Все это в итоге вылилось в новую волну брожения, наиболее ярко прошедшей на кораблях Минной дивизии. Поводом для него послужила полнейшая неясность текущего положения и будущего Балтийского флота. Полагая, что им уготована участь кораблей самозатопившегося Черноморского флота, балтийцы решили взять ситуацию под свой контроль.11 мая команды кораблей Минной дивизии приняли резолюцию, в которой выдвигалось требование распустить Петроградскую коммуну, а всю власть передать "Морской диктатуре Балтфлота". Одновременно предполагалось войти в тесную связь с рабочими Питера и демобилизованными солдатами и офицерами на предмет организации совместной обороны города.Патриотический подъем команд был не нужен пришедшим к власти большевикам, из-за чего они приняли ответные меры: арестован начальник морских сил А.М. Щастный, сделана попытка арестовать главных смутьянов на Минной дивизии, а 31 мая принята резолюция общего собрания команды крейсера "Рюрик", отражавшая официальное отношение правительство к этим событиям. Благодаря проведенной агитации флот в целом не поддержал инициативу Минной дивизии. 1 июня состоялось заседание представителей кораблей и частей Петрограда и Кронштадта. Депутат с "Автроила" С. Кара, вместе с другими депутатами-большевиками, призвал собравшихся присоединиться к резолюции "Рюрика" и к ней действительно присоединилось абсолютное большинство, в числе котором были и депутаты с "Миклухо-Маклая". В июне правительство приняло жесткие меры к подавлению выступления, к счастью не вылившиеся к массовому кровопролитию, Щастный был обвинен в контрреволюционном заговоре и расстрелян. В июле месяце внимание моряков было отвлечено формированию экспедиционных отрядов, посылаемых на все направления трещавшего и ломающегося фронта.8 августа Советское правительство всерьез обеспокоенное отъездом германского посольства было вынуждено вновь вспомнить о флоте. К этому времени уже было составлено боевое расписание морских сил Балтийского миря. Первая его редакция вышло еще 11 мая (приказ № 273), а всего через 4 дня появился его новый вариант (приказ № 292). К маю оба эсминца отремонтированы и вошли в состав "Минной дивизии Морских сил Невы и Ладожского озера": "Автроил" вместе со "Свободой", "Изяславом" и "Гавриилом" в III-й дивизион, а "Миклухо-Маклай" с "Лейтенантом Ильиным" и "Капитаном Изылметьевым" - в IV-й.9 августа правительство приказало Балтийскому флоту для защиты подступов к Петрограду выставить к западу от Кронштадта сильное минное заграждение. В своей телеграмме Начальнику Морских сил Балтийского моря С.В. Зарубаеву Ленин указывал: "Минное заграждение поставить немедленно безо всяких промедлений".Было принято решение выставить заграждение в районе маяков Шепелев и Стирсуден. Выполняя приказ правительства, 10 августа из Кронштадта вышел отряд минных заградителей "Нарова", "Урал", "Волга" и "Ловать" в сопровождении эсминцев "Азард", "Эмир Бухарский" и "Миклухо-Маклай". Поле начинались у Шепелевского маяка и доходило до финского берега в полутора милях от Стирсуддена. Первой в 5-55 постановку начала "Нарова" и закончила ее в 17-13. "Урал" производил ее с 6-05 до 10-04. "Волга" первые мины поставила в 6-10, а завершила в 8-35. Постановка омрачилась тем, что "Ловать", ставившая южную часть заграждения, села на камни. В итоге пришлось дожидаться буксиров из Кронштадта, которые благополучно стащили с мели и минзаг продолжил постановку, закончив ее в 2-32 11 августа. В итоге выставлено 935 мин ("Нарова" - 303, "Урал" - 350, "Волга" - 220 и "Ловать" - 62), но единственной жертвой заграждения стало свое же портовое судно "Колывань", подорвавшееся на нем уже 10 августа и затонувшее со всем экипажем.14 августа была выставлена третья и четвертые линии (еще около 500 мин) этого заграждения. "Миклухо-Маклай" и "Азард" эскортировали "Нарову" и "Волгу" Линии начинались в пределах мерной мили на расстоянии полутора миль от берега и охватывали район Лебяжье-мыс Инонема. Сновавшие туда-сюда во время операции эсминцы привлекли внимание финнов и они, подкатив полевую артиллерию, отрыли огонь: "Азард" находился на удалении 30 кб, а "Миклухо-Маклай" - 10 кб. Всего выпущено 5 снарядов. Попаданий не было, и эсминцы на огонь не отвечали.Всего в ходе операции установлено 1435 мин. Это дало основание Народному комиссариату иностранных дел известить мир, что район между 60°10' и 59°57' СШ и 28°55' и 29°10' ВД закрыт для свободного судоходства. Меры были своевременными, так активность германского флота в восточной части Финского залива значительно возросла. В частности, по разведданным выходило, что на Биорке базируются германские броненосец "Виттельсбах" и крейсера "Страсбург" и "Грауденц".Но во второй половине августа кризис улегся и можно было снова говорить об экономии за счет ресурсов флота. Из-за ухудшения общей экономической обстановки в стране, флот испытывал постоянные трудности со снабжением, особенно топливом, продовольствием и личным составом. В связи с этим приказом № 557 от 7 сентября предлагалось для выполнения самых необходимых и неотложных оперативных задач сформировать Действующий отряд судов Балтийского флота (ДОТ). На всех остальных кораблях, не попавших в ДОТ, необходимо было перевести механизмы на режим долговременного хранения, а все запасы сдать в порт. Согласно этому приказу "Автроил" вместе со "Свободой", "Изяславом" и "Орфеем" вошел в 3-й дивизион, а "Миклухо-Маклай" вместе с "Лейтенантом Ильиным" и "Капитаном Изылметьевым" - в состав 4-го.8 октября "Миклухо-Маклай" еще раз выходил для минной постановки. Вероятнее всего это самая рядовая операция, так как ее подробности авторам обнаружить не удалось. В ноябре в Германии произошла революция и, автоматически отменившая действие Брестского мира. Опасаясь активизации красных на море, 12 декабря в Финский залив вошел английский флот. Первоначально он состоял из трех легких крейсеров и девяти эсминцев.5 ноября Петроградский Совет уведомил судовые команды, что эсеры готовят в городе мятеж. Начало его планировалось на 7 ноября - годовщину октябрьского переворота. В ответ на предупреждение, начальник моргенштаба Е.А. Беренс отдал приказ о мерах для усиления безопасности Петрограда. В это время Балтийский флот уже находился в состоянии полной боевой готовности, которую объявили сразу после ввода английских кораблей на Балтику. В случае мятежа "Азарду" и "Автроилу" приказывалось осуществить переход к Шлиссельбургу. К счастью, подавлять мятеж морякам не пришлось.В ноябре началось наступление частей Седьмой армии в Прибалтике, в связи с чем с 22 ноября 1918 года ДОТ передавался ей в оперативное подчинение. Для помощи сухопутному театру из моряков началось формирование десантного отряда. В основном туда брали уроженцев Прибалтики. Так, первая рота из 224 человек практически целиком состояла из эстонцев, во второй роте из 234 человек примерно 3/4 были эстонцы, а в третьей из 127 - две трети. Остальное составляли латыши и русские. 27 ноября ДОТ получил приказ высадить этот отряд в районе Нарвского залива для содействия войскам Седьмой армии во взятии Нарвы. В соответствии с этим планом 27 ноября для разведки Ревельского порта и Ревельского рейда была отправлена подводная лодка "Тур". Одновременно с Малого Кронштадтского рейда в море вышел отряд под руководством командира крейсера "Олег" А.В. Салтанова (комиссар - зам. главного комиссара флота И.В. Фрунтов). Кроме крейсера, в него вошли миноносец "Меткий" и транспорты с десантом "Ильза", "Красный пахарь" и "Революция". Позднее, по готовности, к отряду должен присоединиться эсминец "Автроил", единственный способный в это время выйти в море. 26 ноября "Автроил" с "Азардом" совершили разведывательную вылазку, после которого у "Азарда" обнаружились небольшие неполадки в машинах, так что тот встал на ремонт и мог быть готов не раньше, чем через несколько дней. "Автроил" же должен был принять топливо и прочие припасы, так что и его выход задерживался. "Миклухо-Маклай" в это время также находился в ремонте, и 28 ноября он смог лишь выйти на пробу машин и устранение девиации. Так что к отряду этот корабль мог бы присоединиться не ранее 29-го. В 12-40 (время здесь и далее приводится по рапорту командира "Олега") с "Олега" на "Автроил" дали радиограмму: "Почему не выходите по назначению?" Но с эсминца не ответили. Лишь в 7-34 следующего дня, когда транспорты под охраной "Меткого" на якоре пережидали ночь, а "Олег" для разведки вошел в Нарвскую губу, пришла долгожданная радиограмма, что "Автроил" вышел в море. С рассветом "Олег" начал обстрел берега, сделав 2 залпа, а транспорты с миноносцем направились к городу Гунгербург (ныне Нарва-Йыэсуу). В 13-20 пришло известие, что высадка прошла успешно. В этот день, почти не встречая сопротивления, десантная партия заняла город и начала наступление вглубь суши. "Олег" еще раз, около пяти часов пополудни, пытался оказывать огневую поддержку. На рассвете следующего дня показался "Автроил". Поэтому когда с берега пришла очередная просьба подавить неприятельскую батарею в районе Вайварских гор, эта обязанность была возложена на "Автроил", после чего он был направлен в дозор в район Родшер-Теншер. 1 декабря в 12-30 отряд без потерь возвратился в Кронштадт. В целом эта в принципе небольшая операция имела огромный психологический эффект для руководства флота. В случае необходимости предполагалось вывести в море линкоры "Петропавловск" и "Андрей Первозванный", но нужды в этом не возникло. Действия десанта были на редкость удачными - он сумел захватить три парохода, 27 пулеметов, обозы и взять в плен 85 немцев. 29 ноября Нарва пала. В этот же день в Петроград возвратился "Тур", доложив, что в Ревеле неприятельских кораблей нет. 4 декабря штаб Балтфлота получил телеграмму за подписью главкома Вацетиса, в которой сообщалось: "Признается необходимым одновременно с овладением нами Ревел занять и закрепить за собой остров Нарген, как защищающий вход в Ревельский порт". Надо ли говорить, что от Балтфлота требовалась активность, в то время как единственные сведения о неприятеле базировались лишь на перископных наблюдениях лодки "Тур"! 4 декабря эсминцы "Автроил" и "Азард" по требованию командования 7 армии получили приказ разрушить артогнем подъездные пути к станции Сойда, осмотреть и, если там обнаружится достойная цель, обстрелять вики (так называлась область, включавшая заливы Кашпервик, Монвик, Папонвик и Колковик). Запасной целью определялась станция Йевве. 4 декабря в 12-35 корабли вышли в море и вскоре получили приказ Москвы обстрелять станции Иевве и Орро. В ходе операции корабли выпустили по ним около 200 снарядов, после чего "Автроил" прошел дальше на запад и обстрелял побережье "виков", выпустив еще около 150 снарядов. Результаты операции не известны, но вероятнее всего они были весьма скромные, так как английские и эстонские источники об этой операции не упоминают вообще. 7 декабря эсминцы вернулись в Кронштадт. 8 декабря эсминцы "Автроил" и "Азард", под прикрытием 305-мм орудий форта Красная Горка выставили заграждение (110 мин в дополнение к уже имевшимся там 470 минам, выставленным ранее минзагом "Нарова") в районе Шепелевского маяка и тем самым усилили западную линию мин на северном фланге нового заграждения, завершив оборудование в восточной части Финского залива минно-артиллерийской позиции. Интересно, что при этом на форт был отдан приказ, что если во время постановки по эсминцам будет открыть огонь с финского берега, Красная Горка должна была открыть ответный огонь "незамедлительно и без какого-либо уведомления". По-видимому, речь в приказе идет о том, что обычный в таких случаях митинг личного состава открывать или не открывать ответный огонь отменялся.Между тем наступление на Ревельском направлении продолжалось. 15 декабря для того, чтобы задержать его,

Гайдукъ: Впрочем, английская точка зрения на это немного другая. Как вспоминал один из офицеров, членов призовой партии с крейсера "Caradoc": "Многие члены команды имели вещи типа фотоаппаратов и мехов, очевидно взятых из разграбленных магазинов и домов, которые они продавали нам по смехотворным ценам или же просто отдавали даром, возможно опасаясь, что будут с ними пойманы их бывшими хозяевами". 4 января "Вамбола" был отбуксирован к верфи Ноблесснер (бывшая Петера), где 7-8 января он был вытащен на берег для ремонта. Наиболее важная часть состояла в правке валов и винтов. А в двадцатых числах января уже прошли первые перестановки в командных должностях: первый командир "Вамболы" Паурман временно сдал командование своему заместителю Валентину Гренцу, но вскоре он также передал его Тийдо Краусу, оставшись главным офицером. Одновременно с ремонтом продолжалось и комплектование корабля, окончательно завершившееся к концу февраля. 15 февраля ремонт был закончен, а подводная часть даже заново окрашена. На церемонии спуска на воду присутствовало командование флота и члены правительства. Но из-за повреждения лебедки торжественный спуск пришлось отложить. Только в 13-00 следующего дня церемония смогла пройти: в 13-45 эсминец был на воде. 19 февраля он сделал пробный выход, который однако пришлось прервать из-за большого количества плавающих льдин. К этому времени "Леннук" уже давно был в кампании, при чем график боевой работы оказался весьма напряженным. Еще 3-5 января на нем прошел кое-какой косметический ремонт, очищена подводная часть и в ночь с 5 на 6 января он смог выйти на ходовые испытания в Таллинский залив. В начале 1919 г. наступление большевиков было остановлено и эстонцы начали готовиться к контратаке. По замыслу главного командования предполагалось окружить северную группировку противника, а для этого было необходимо высадить десант численность до батальона в тылу неприятеля. Поэтому вступление в строй "Леннука" оказалось как нельзя более кстати. Утром 6 января, снявшись с якоря эсминец пошел в восточном направлении. В 8-30, когда он находился около Локсы, на его борт поднялся адмирал Питка, прибывший туда немного ранее с канонерками "Laene" и "Lembit". "Леннук" пошел далее на восток и вскоре открыл огонь по деревне Цитра. Примерно в полдень с парохода "Moonsund" сошла десантная партия, действия которой "Леннук" продолжал поддерживать артогнем до 15-20. 7 января началось общее наступление эстонских отрядов и соединений финских добровольцев. В этот день в 8 утра "Леннук" начал обстрел берега. В 10-15 он бросил якорь в Педассааре. В полдень в сопровождении восьми солдат на шлюпке "Леннука" на берег сошел и сам командир десантного батальона, а полтора часа спустя берега достигла еще одна шлюпка. В 16 часов обе шлюпки были подняты на борт эсминца и он ушел в Таллин, куда прибыл вечером того же дня. За все время операции корабль выпустил около 120 снарядов. "Lennuk" оставил Таллин 8 января в 4-30 утра и спустя два часа у Локсы присоединился к канонерской лодке "Lembit". В 7 часов шесть мелких судов прибыли туда с десантной партией. В 7-40 "Lennuk" открыл огонь по Локсе, сделав 100 выстрелов, после чего судна с десантом вошли в гавань Локсы. Приблизительно в полдень 9 января "Lennuk" снова прибыл в Таллин, где пополнил боезапас. Следуя восточным курсом, на корабль сел Пи

Гайдукъ: В эстонском флоте 10 февраля 1920 г. правительство Эстонской Республики одобрило законопроект о демобилизации. Люди, 1893 года рождения и ранее подлежали демобилизации с 26 февраля. Уже 26 февраля первые шесть человек покинули борт "Wambola". Кстати, к этому времени по штатам эсминца числилось 171 человек, а в ноябре 1919 г. - 173. Демобилизация на "Wambola" прошла с марта по апрель. На "Lennuk" демобилизация началась 21 марта, и к 7 мая 80 человек оставили корабль. К сожалению, не известна численность экипажа "Lennuk" к этому времени, но поскольку он был немного крупнее "Wambola", можно предположить, что экипаж составлял приблизительно 180 человек. Следовательно, около сотни человек оставалось на борту корабля после демобилизации. Кроме того, несколько человек остались на сверхсрочную службу. Поскольку действительная служба в эстонском флоте была весьма коротка, вербовка персонала была единственным способом удержания специалистов на флоте. В мирное время дисциплина на кораблях заметно снизилась, поскольку она для большинства матросов начала казаться глупым пережитком. Отданные по "Wambola" приказы командира свидетельствуют, что матросы частенько опаздывали на судно, и даже офицеры нередко приходили на службу уже после подъема флага, то есть после 8 утра. Командир эсминца Краус даже установил штрафы за каждое опоздание, для наиболее злостных офицеров-нарушителей до 150 марок, а для тех, кто опаздывал в первый раз от 25 до 30 марок. Но, похоже, это совсем не пугало людей, с нетерпением ожидавших окончания войны, так, например, 25 июля практически половина команды оставила судно без разрешения, а 27 июля - почти четверть. Командир увеличил штрафы, в результате чего 22 человека заплатило по 75 марок, а двое выложили и по 125 марок. Поскольку штрафы не имели должного эффекта, особо отличившихся начали наказывать гауптвахтой. В первый мирный год оба эсминца посетили Финляндию. "Wambola" был там в начале октября, и для одного члена его экипажа это посещение закончилось 10-дневным арестом: 10 октября он пытался заниматься контрабандой алкоголя, пытаясь продать спиртное на берегу. Двумя месяцами позже, утром 15 декабря, в 9-15 "Lennuk" перешел из Таллина в Хельсинки с целью возвращения на родину останок Юрия Вильмса, считающегося одним из отцов-основателей эстонской независимости. Зимой 1918 года он нелегально попытался перебраться из Финляндии в Эстонию по льду Финского залива, но около Гогланда был схвачен немцами и расстрелян. Для участия в церемонии доставки останков в Эстонию на борту эсминца разместились отец Вильмса, министр иностранных дел Отто Страндман и ряд других официальных лиц. В 13 часов драпированный в черное гроб был доставлен в Хельсинский порт и под звуки похоронного марша поднят на борт эсминца. Гроб был накрыт холстом (может гос. флагом?), и кадеты военной школы стояли у него в почетном карауле. Вечером того же дня корабль прибыл в Таллин. Утром следующего дня 16 декабря в 10 часов похоронная процессия начала свое движение из порта в концертный зал Эстонии, где была проведена служба. Останки Ю. Вильмса были захоронены на местном кладбище в Пилистфер (Pillistfer) в графстве Вильянди. Судя по всему, в первые мирные годы 1920 и 1921, эсминцы не имели никакой ни артиллерийской, ни торпедной практики. Причины этого не совсем понятны: то ли считалось, что корабли настрелялись в войне, но возможно причина и была более прозаичная: бедность государства, ведь стрельбы всегда обходятся в кругленькую сумму. Так или иначе, но первые послевоенные стрельбы состоялись лишь в 1922 году, и после этого проходили каждое лето. Место их проведения - обычно или Моонзунд, либо Куйвастский или Локсинский рейд. 27 мая 1923 г. в Хельсинки в парке Vanhakirkko был открыт памятник финским добровольцам, участвовавшим в войне за независимость Эстонии. От эстонской стороны на церемонии открытия памятника и возложения венков присутствовали Kindralleitnant Laidoner, министр иностранных дел А. Hellat, новый главком флота капитан 1 ранга Johannes Herm и представитель министерства обороны Andres Larka. В Хельсинки состоялся и военно-морской парад, в котором прияли участие множество кораблей и судов. Честь эстонского флага представляли "Lennuk", "Wambola" и пароход "Kungla". В том же 1923 г. "Wambola" присутствовала на торжественном открытии военно-морской базы в Гдыне. А в 1925 г. "Wambola" выполнил учебное плавание до Риги. В конце августа 1928 г. "Lennuk" и "Wambola" доставили в Швецию и обратно премьер-министра Jaan Tхnisson. В 1920-1933 гг. Эстония не имела должности президента и высшим должностным лицом страны был Riigivanem, дословно "старший в государстве", что соответствовало премьер-министру. Лишь после 1933 г. был введен президентский пост, который занял Константин Пятс. В 1929 г. после месячного учебного плавания у западных островов Эстонии, 4 августа в 18 часов корабли посетили Латвию. Эсминец "Lennuk", под флагом главкома флота контр-адмирала Германа Салзы, был головным, за ним шли "Wambola" и миноносец "Sulev". Ночью суда прошли Ирбены, и в 10 следующего утра прибыли на внешний рейд Лиепаи, где их приветствовал офицер латвийского флота, поднявшийся на борт "Lennuk". После того, как разводной мост был открыт, эстонские корабли вошли через канал на внутренний рейд. Визит продолжался до 8 августа, когда примерно в 13 часов "Lennuk" вышел в море, и в 16 все корабли взяли курс на Ригу. Утром 9 августа корабли вошли в Даугаву. "Lennuk" приветствовал 21 выстрелами салюта, с берега ему отвечали 26 выстрелами (дополнительные 5 выстрелов в честь эстонского адмирала). "Lennuk" ответил салютом в честь адмирала Арчибальда фон Кейзерлинга, главнокомандующего латвийским флотом. Вероятно, что самый последний случай, когда эсминцы представляли Эстонию на международном уровне произошел 12 июня 1931 г., когда в Лиепае прошел морской парад, посвященный 10-летию создания латвийских ВМС. Эстонский флаг представлял эсминец "Lennuk". Содержание двух эсминцев обходилось слишком дорого для небольшого эстонского флота. Одним из первых, весьма необычным вариантом "утилизации" предлагалось, например, оборудовать из эсминцев памятник-мемориал "войны за независимость Эстонии". Первые предложения о продаже эсминцев появились также вскорости по окончании войны в 1920-21 гг. Но первый пробный шаг в покупке эсминцев был предпринят лишь в августе 1931 года во время переговоров с посреднической компанией “Людвиг Бинг и Ко”. Хотя операция рассматривалась эстонцами всерьез, сделка не состоялась. Решающим здесь оказалось слово эстонского главкома морских сил Германа Салзы, который считал, что продажа сильно повредит намечающемуся финско-эстонскому сотрудничеству. В 30-х годах Эстония и Финляндия планировали осуществить тесное военно-морское сотрудничество. Идея состояла в том, чтобы, имея постоянную опасность большевистской агрессии, восстановить минно-артиллерийскую позицию между Порккала-Удд и Найсаари. Наиболее "весомыми" эстонскими потенциальными минзагами в это время были "Леннук" и "Вамбола". А потому, когда в Эстонии была принята программа перевооружения флота, предусматривавшая замену эсминцев торпедными катерами и подводными лодками, самый первый потенциальный покупатель старых эсминцев была, естественно, Финляндия. Кстати, финны также были заинтересованы в приобретении этих кораблей, но в это время в стране была сложная экономическая ситуация, и начальник генштаба генерал-майор Oesch решил предпочтение отдать развитию военно-воздушных и сухопутных сил, которые также требовали скорейшего перевооружения. Так что с большой неохотой финны были вынуждены отклонить предложение. Вероятнее всего, купленные эсминцы использовались бы как быстроходные эскортные суда, в которых финны испытывали жестокий дефицит, и как минзаги. Причем с эстонской стороны сделка вновь рассматривалась на полном серьезе. Мало того, если для прочих посредников цена устанавливалась в 2,225 млн. эстонских крон, но финнам они были готовы уступить эсминцы всего за 1,55 млн. (за вычетом вооружения и боевого оснащения). Но даже эта поблажка не помогла и финны от сделки отказались. Впрочем, вместо финнов вскоре нашлись другие покупатели. В январе-феврале 1933 года на эстонцев вышли сразу два торговых представителя: парижская компания Александра Клягина, представлявшая интересы Колумбии и гамбургская Людвиг Бинг и Ко, за спиной которой стояла Перу. И в заключении, говоря о службе эсминцев в ВМС Эстонии следует упомянуть любопытную деталь о быте на корблях, приведенная в работе М.Ыуна. Пока корабли были под эстонским флагом, то есть до 1933 г., действительная служба на их борту в эстонском флоте продолжалась полтора года. Новобранцы были 20-летнего возраста. После того, как юноша вливался в команду, его положение в корабельной иерархии называлась joss. После прибытия новой партии призывников, бывшие joss'ы становились vana kala ("старая рыба"). Самое высокое положение в неуставной иерархии была kuldkala ("золотая рыбка"), которыми становились только те призывники, которые отслужили более полутора лет. Как и положено дембелям, kuldkala фактически были что-то вроде матросской аристократии, они не стояли в нарядах и фактически вообще ничего не делали на судне. "Перевод" в ранг kuldkala мог происходить следующим образом: срок содержания под стражей более семи суток исключался из времени службы, аналогично нашему "дисциплинарному батальону". Из-за этого время нахождения на действительной службе удлинялось. Следует отметить также, что в отличие от Советского флота, молодежь флота эстонского не брилась. "Лысые" головы имели только провинившиеся. "Эстонско-перуанская сделка" В начале 30-х годов из-за пограничных споров резко обострилась колумбийско-перуанские отношения и обе нации стремились подстраховаться на случай вооруженного конфликта. В то время ядро перуанского флота составляло соединение из двух крейсеров, одного миноносца и четырех субмарин, так что перед перспективами иметь операции в двух океанах Перу было просто необходимо усилить свой флот, в особенности, речной. В этот период в Амазонии находилось всего две канонерки: “Америка” и “Напо”, а также три баркаса, переоборудованные в канонерские лодки: “Икитос”, “Кауапанас” и “Портильо”. Для сравнения



полная версия страницы