Форум » Армии Германии и стран "Оси" » Мессершмиты на службе авиации ЧФ » Ответить

Мессершмиты на службе авиации ЧФ

прохожий: Изучая документы 47-й армии за лето-осень 1942 г (одновременно это и документы Новороссийского оборонительного района - НОР'a), я с немалым, признаться, удивлением узнал о том, что в составе авиационный группы ЧФ, - работавшей в интересах НОР, - было четыре боевые машины типа "Мессершмит 109". Так, в документе за 1 сентября 1942 г. сообщается, что на боевое задание могла вылететь только одна машина типа "Мессершмит-109", а остальные остались на земле, по причине отсутствие аммуниции для бортового оружия. К сожаление, их тех документов, что я до сего времени смог обнаружить, не возможно установить - когда и каким образом авиация ЧФ обзавелась этими немецкими самолётами. Кстати, на этот день в составе авиагруппы были И-153. Кто-нибудь знает о немецких самолётах в составе авиации ЧФ летом 42 г.

Ответов - 7

Алтын: Уж не словацкие ли это "перелётчики"?

прохожий: Алтын пишет: Уж не словацкие ли это "перелётчики"? И когда же имел место этот прелёт словаков?

IAM: Про трофейные Bf-109 в тех краях есть упоминание у Покрышкина. Правда, речь идет о весне 1942г. В один из хмурых дней этой бесцветной весны меня вызвали в штаб дивизии. Заместитель комдива сообщил, что на нашей территории недавно приземлился летчик-хорват на «Мессершмитте-109». Еще в воздухе я различил на аэродроме среди наших самолетов три «мессершмитта». Через полчаса кувыркания в воздухе я совсем забыл, что в моих руках чужой самолет, и, когда заметил вдали наш бомбардировщик СБ, очевидно возвращавшийся домой, спокойно направился к нему. Летчик увидел меня внезапно с близкого расстояния. Наверно, именно так шарахаются овцы, когда увидят голову волка, продравшего крышу сарая. Покачиванием крыльев я несколько раз передал сигнал «Я свой», но «бомбер» так рванул прочь, что я даже начал опасаться за его судьбу. Немедленно отправился домой. При подходе к аэродрому проскочил мимо заходившего на посадку У-2. Его летчик тоже не обратил внимания на звезды. Увидев меня, он перевалил машину на крыло и тут же, за аэродромом, плюхнулся на пашню. Экипаж выскочил из кабины и, не выключив мотора, бросился к лесополосе. На КП, куда я пришел для доклада, меня ожидали неприятности. Сначала летчик У-2, узнав, что «мессер» наш, ругал и самолет и меня. Потом позвонили из Миллерова. — Кто у телефона? — Дежурный, — ответил я, случайно взяв трубку. — Что у вас там за чертовщина? — гремел голос. — Какая чертовщина? — таким же тоном спросил я. — Кто разрешает гоняться на «мессершмиттах» за нашими самолетами? Я опешил. Что сказать в ответ? Я ни за кем не гонялся, но как это доказать, если экипаж бомбардировщика именно так расценил мои действия? Голос в трубке требовал наказать виновного за то, что СБ сел на вынужденную в плавнях. Я передал трубку командиру спецгруппы. А потом мне пришлось подробно объяснять, как все произошло. Несколько дней мы летали на «мессершмиттах» только в пределах своего аэродрома. Затем Науменко послал одного из нас — капитана — «прощупать передний край», то есть проверить, как там отнесутся к появлению «мессершмитта» со звездами. «Мессершмитт» не возвратился. К вечеру генерала пригласили на КП пехотной дивизии. Я отправился вместе с ним. По дороге строили разные догадки. Что же случилось? Но все моментально прояснилось, когда на командном пункте мы увидели нашего капитана. Он сидел в уголочке с разукрашенным синяками лицом. Капитан, бросился нам навстречу, как бросаются осужденные на казнь к своим избавителям. На обратном пути он с горечью рассказал, что с ним произошло. В полете у его машины заклинило мотор, и он вынужден был приземлиться у самого переднего, края нашей обороны с убранными шасси. Бойцы окружили «вражеский» самолет и даже несколько раз пальнули по нему для острастки. Летчик, выбравшись из кабины, заговорил с ними на русском языке. Тут-то и началось. — А, предатель! — воскликнул один из бойцов. — Бей его! И уже никакие заверения: «Товарищи, я наш!» - не могли сдержать гнева толпы. Перед ней «мессершмитт», на крыльях которого из-под звезд явственно проступали ненавистные черно-белые кресты. — Если бы не подоспел комиссар батальона,— сказал капитан,— приговор мне, как «изменнику», был бы при¬веден в исполнение. Но тумаков досталось. А за что? — За эксперимент,— ответил я, смеясь. — Покорнейше благодарю. Синяки я согласен разде-а всех пас поровну. Больше я на ном не ездок! . — Как так? — насторожился генерал. — Сегодня же уезжаю в свой полк — и все! Цитаты по: Покрышкин А.И. Небо войны. – М.: Воениздат, 1980. – С.170 – 173.

Белик Сай Хан: Алтын пишет: Уж не словацкие ли это "перелётчики"? Нет, массовое дизертирство словаков началось с осени 1943 года.

pitika: Slovak desertion in fall 1943: 9. September 1943 rotnok A. Matusek and catar L. Dobrovodsky (later pilots of Czechoslovak fighter regiment on La-5 FN) 2 planes Bf 109 G-4 W.Nr. 16 269 and 19 347 11. September 1943 catar A. Geric (killed in Slovakia in summer 1944, worked as a agent for Soviets) Plane Bf 109 G-4 W.Nr. 14 938 Few other men from ground personnel also deserted.

papa11113: Это один из видов союзнических отношений после Молотовского пакта. Мы закупили несколько новейших экземпляров авиатехники и потом изучали их в Кубинке. Читал об этом в воспоминаниях одного нашего летчика испытателя. книга была выпущена в 1978 году.

konsta: За год до начала ВОВ,в Германии закупили пять Ме-109,два До-215,два Ю-88 и один Хе-100.Все закупленные самолеты поступили в Советский Союз.



полная версия страницы